О молитве за почивших

logo
О молитве за почивших
Иеросхимонах Моисей (Боголюбов)
«Непостижимым образом к вечному благу мир уготовляяй Определивый всем время и образ кончины! Отче наш! Любовь неизреченная,

помяни усопших раб Твоих!» 
(из акафиста «Моление о усопших». Кондак 1). 

Приведенные строки «Моления о усопших» напомнили о цепочке событий, не нуждающихся в свидетельских подтверждениях. Эти события происходили на глазах всей братии Троице-Сергиевой Лавры, проживавшей там около 1977 года. По словам апостола Павла, «велегласной трубы христиан», «несть бо во угле сотворено сие» (Деян. 26, 26).
В то время в Лавре был только один схимник — схимонах Симеон (Петраков – Ред.). Во Святом Крещении он был наречен Симеоном, в монашестве — Димитрием, в схиме — вновь Симеоном. Мужественным и добродетельным подвижником знала его братия. Несмотря на тяжелый недуг, сопровождавшийся мучительными головными болями, воин Христов неукоснительно выполнял схимническое правило. Никто не слыхал от него сетований на недуги и скорби. Примерно за год до кончины отца Симеона болезнь заставила его слечь в постель. Дневной рацион схимника состоял в этот период в ложечке крещенской воды. Отец Симеон был постоянно спокоен и умиротворен. Страшная худоба не искажала прекрасных черт лица его. Он казался изваянием из белоснежного мрамора.
В начале его болезни мне, приезжавшему по временам в Троице-Сергиеву Лавру, иногда удавалось получать от него благословение. С некоторых пор я был лишен этой благодати. Схимник лежал на своей постели с плотно закрытыми глазами. Ни один знак не показывал следов жизни в слабом теле этого богатыря духа. Однажды вечером я присел на минутку около его постели. В это время в келлию старца вошел отец А. — тогда студент Духовной академии, ныне (1987 год) архимандрит Лавры, и начал читать обычные молитвы “на сон грядущим”. Совершилось неожиданное. Старец привстал на своем ложе, глаза его сверкали, он творил крестные знамения, протягивал дрожащие руки к образу, висевшему над постелью… в надежде получить благословение и не смея прерывать молитву, я затих и слушал. Но вот молитва окончилась, старец тотчас простерся на ложе, глаза его закрылись, и опять исчезли всякие признаки жизни. Пришлось мне отойти, так и не получив благословения. Около года находился старец между жизнью и смертью. Медленно покидали его последние силы.
…Дни стали приметно прибавляться. Началось таяние снега. Уборка обширной территории Лавры производилась в основном послушником Иоанном, плечистым русским богатырем. Велик был трудовой подвиг его. Днем и вечером он пребывал на службе в храме, где, стоя близ правого клироса, усердно читал синодики и записки. В четыре часа утра по двору Лавры уже катились его салазки с высоким фанерным коробом сверху. Наколов глыбы льда и погрузив в короб, послушник вез их в установленные места. 
 О молитве за почивших 

Однажды, когда Иоанн рубил пешней (ломом) во дворе лед, мимо него проходил отец С., тогда еще игумен, а ныне архимандрит. Поздоровавшись со скромным тружеником, отец С. сказал ему что-то ободряющее, вероятно: «Бог в помощь». Послушник на минуту прервал работу: «Скоро придется Вашему начальству искать мне замену». На вопрос игумена послушник ответил: «Я умру вместе со схимником нашим». Это казалось совершенно невероятным. Схимник около года лежал без движения и пиши. Послушник Иоанн колол и ворочал такие глыбы льда, которые иной не мог бы поднять. Естественно, отец игумен не поверил предсказанию послушника.
Прошло Сретение Господне. На следующий день, как известно, совершается память святого Симеона Богоприимца. В этот-то день около полудня мирно отошел ко Господу схимонах Симеон. Слова многократно повторявшихся в храме песнопений как бы сопровождали его в Вечные Обители: «Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему, с миром» (Лк. 2, 29).
Услышал послушник Иоанн о кончине схимника. Взошел он на лаврскую колокольню. Вскоре окрестность наполнилась торжественными траурными звуками… Умел брат Иоанн передавать христианские чувства: тоску по усопшему брату, веру и надежду на милосердие Божие к сему подвижнику благочестия, который жизнь свою Единому Богу посвятил.
Когда послушник Иоанн спустился с колокольни, он внезапно почувствовал боль в сердце. Попытка спешно организовать причастие успеха не имела. Через несколько часов после кончины схимника почил и послушник Иоанн…
Дивны дела Твоя, Господи! Впоследствии стало известно, что еще задолго до поступления в Лавру Иоанн получил предсказание от одного блаженного: «Умрешь вместе со схимником». Покойный послушник еще и не знал тогда, какие бывают схимники. Итак, после 16 февраля 1977 года Лавра участвовала в похоронах двух новопреставленных. Таковы факты.
Уход человека из земной жизни часто вызывает тяжелые переживания его ближних, которые могут иметь печальные последствия. Велико значение Церкви в этот период. Самые молитвы и слова панихиды подбадривают, не дают впасть в уныние: «Надгробное рыдание, творяше песнь… Аллилуиа, аллилуиа, аллилуиа». Это чудное песнопение переключает внимание провожающих покойного от бесплодных воспоминаний о способах лечения ко всесильному и всеблагому Промыслу Божию.
Продолжая логическую нить, приходим к великому событию — Воскресению Христову. Господь наш Иисус Христос воскрешен силою Отца Своего (Рим. 6, 4). С самого возникновения христианства это воспоминание вселяло в души людей бодрость и светлую надежду, что Воскресивший Господа Иисуса Христа воскресит (со временем) через Иисуса и нас (2 Кор. 4, 14).
Давая усопшему последнее целование, мы невольно мысленно устремляемся за его душой, вылетевшей из уст с последним вздохом. Церковное предание благовествует нам со слов святых подвижников веры и благочестия, сподобившихся получить Божественное откровение, о тайне испытания души после ее отшествия от тела. [1] Первые два дня душа пребывает на земле и с сопровождающими ее Ангелами ходит по тем местам, которые притягивают ее внимание воспоминаниями земных радостей и горестей, добрых дел и злых. В третий день Господь во образ Своего тридневного Воскресения повелевает душе вознестися на Небеса для поклонения Ему, Богу всяческих. Сколь благовременно в это время церковное поминовение души усопшего, представшего пред лице Правосудного! Потом душа, как бы возвращаясь от лица Божия, заходит в райские обители и созерцает их красоту. В таком состоянии она пребывает шесть дней до девятого. В девятый день Господь повелевает Ангелам представить душу к Нему на поклонение. Со страхом и трепетом предстоит душа пред Престолом Всевышнего. В то время Святая Церковь опять молится за усопшего, прося Милосердного Судию о водворении со святыми души своего преставившегося сына.
* * *
Люди грешны. Рассказ о том, как оценивается их грешность, мы находим у великого столпа Православия святителя Игнатия (Брянчанинова). «Самая справедливость требует, чтобы… уклонения ко греху были взвешены и оценены» [2]. Сказал святой апостол Павел: «лежит человеку единою умрети, потом же — суд» (Евр. 9, 27).
Правосудие Божие совершается над христианскими душами посредством Ангелов, как святых, так и злобных. Воздушные бесовские заставы называют мытарствами.
Пресвятая Дева Богоматерь, извещенная Архангелом Гавриилом о приближающемся Своем преставлении, принесла слезные молитвы Господу о избавлении Ее души от лукавых духов поднебесных. Когда настал час Ее святого Успения, когда снизошел к Ней Сам Сын и Бог Ее с сонмами Ангелов и праведных духов, тогда Она предала пресвятую душу Свою во всесвятые руки Христовы.
*** 
О молитве за почивших   
Подробное описание мытарств заимствуем из «Поведания» преподобной Феодоры [3]. Когда она поднималась к Небу, встретили ее темные духи первого мытарства, на котором истязаются грехи человеческие словом, как то: празднословие, сквернословие, насмешки, кощунство, пение (мирских) песен и других страстных гимнов, бесчинные восклицания, хохот и т.п. По большей части человек вменяет эти согрешения в ничто и не кается в них пред Богом, не исповедует их отцу духовному.
Но Господь явственно сказал: «всяко слово праздное, еже аще рекут человецы, воздадят о нем слово вдень судный: от словес бо своих оправдишися и от словес своих осудишися» (Мф. 12, 36—37). Второе мытарство — ложь. На нем истязуют за всякие лживые утверждения, клятвопреступления, призывание имени Божия всуе, неисполнение обетов, данных Богу, утаение грехов пред духовником на исповеди.
Третье мытарство — клевета. Здесь истязуют за осуждение и оклеветание ближнего, насмешки, уничижение, обесславливание его, ругательства. Особо жестоко терзают, как антихристов, предвосхищавших сан Христов и соделавшихся судьями ближних. На четвертом мытарстве, чревоугодия, истязают за объядение, пьянство, ядение без молитвы, нарушение постов, сластолюбие, пирование, словом, за все роды угождения чреву. Много тяжелых скорбей несет (как будто невинное) постоянное чревоугодие. Пройдя это мытарство, Феодора сказала святым Ангелам: «Кажется мне, что никто на земле не знает, что ожидает душу после смерти». Святые Ангелы отвечали ей: «Разве не объясняет этого Божественное слово, ежедневно читаемое в церквах? Но, пристрастившись к земным суетам, не обращают внимания на слово Божие, считают наслаждением… ежедневное наслаждение и пьянство, пресыщаются и упиваются без страха Божия, имея себе Богом чрево, не помышляют о будушей жизни и не внимают Писанию, которое говорит: „Горе вам, пресыщенные ныне, яко взалчете“ (Лк. 6, 25). Баснею считают они Святое Писание, живут в небрежении. Впрочем, те из них, которые милостивы, благодетельствуют нищим и помогают нуждающимся, обретают надежду на спасение». Говорит Писание: «Милостыня от смерти спасает» (Тов. 12, 9). Тем, которые не стремятся милостынями очистить грехи свои, невозможно избежать бедствия на мытарствах, их похищают мытари и низводят, люто мучая, в преисподние темницы ада, где держат в узах до Страшного Суда Христова.
Пятое мытарство — леность. Тут истязуются тунеядцы, снедающие чужие труды, учитываются все дни и часы, проведенные в нерадении о служении Богу, оставление по лености церковных и келейных правил, уныние и пр. За сим следует шестое мытарство — воровство. Здесь истязуют за хищения, грубые и тайные. Далее идет седьмое мытарство — сребролюбия и скупости, а затем восьмое мытарство — лихвы. Тут наказываются ростовщики, лихоимцы и им подобные. Затем идет девятое мытарство — неправды, на коем истязуются неправедные судьи, увлекающиеся на судах пристрастием или мздою, оправдывающие виновных и осуждающие невинных. За ним находится десятое мытарство — зависти и одиннадцатое мытарство — гордости. На две-надцатом мытарстве — гнева — преподобной Феодоре пришлось столкнуться со старейшим из духов, исполненным ярости. Он припомнил все слова Феодоры, сказанные во гневе. Ангелам пришлось немало отдать из ковчежца, чтобы пройти это мытарство. Злые духи тринадцатого мытарства — памятозлобия не нашли записей о Феодоре.
Пройдя эти мытарства, Феодора спросила Ангелов: «Откуда эти страшные власти знают все дела наши?»
Отвечали святые Ангелы: «Каждый христианин при крещении получает от Бога Ангела Хранителя, который, невидимо храня человека, наставляет его на всякое доброе дело. Он записывает все добрые дела. Князь тьмы, желающий совлечь род человеческий в погибель, тоже приставляет к человеку лукавого духа, который поощряет злые дела и записывает их. Если душа имеет больше добрых дел, то лукавые не могут на мытарствах ее удержать. Если же найдут на ней больше грехов, то бесы удерживают душу и заключают в темнице невидения Бога. Там они мучат ее, доколе сила Божия попустит им мучить ее и доколе та душа не будет искуплена церковными молитвами и милостынями ближних. Если же душа окажется столь грешной, что ей не остается никакой надежды на спасение, но ее ожидает вечная погибель, то она низвергается в бездну, где имеет себе уготованное место вечного мучения с демонами. Там они держат ее до второго Пришествия Христова, после которого она соединится с телом и уже вместе с ним будет мучиться в геенне…»
Четырнадцатое мытарство — убийства. Здесь истязуются помимо разбойников разрушатели, драчуны и им подобные. Пятнадцатое мытарство — волхования. Тут истязуются чародеи, составители отрав и т.п. Блаженная Феодора спросила: «Неужели все христиане проходят по этим местам?» Святые Ангелы отвечали: «Нет для христианских душ другого пути к Небу, но не все так подвергаются истязаниям… Если кто исповедует свои грехи и раскается в них, то грехи эти невидимо заглаживаются Божиим милосердием». Шестнадцатое и семнадцатое мытарства служат для истязания всякого любодеяния и мечтания, скверных осязаний и воззрений, несохранения супружеской верности, блудных падений лиц, готовящих себя Богу. «Увидев меня, — сообщает блаженная Феодора, — вынесли свитки, на которых были написаны мои блудные дела, начали пересчитывать их, указывая лиц, с которыми я грешила, и время, когда был грех, то есть днем или ночью, и место, где содеяла я грех. Я ничего не могла им ответить и стояла трепеща от страха и стыда. Истязатели кричали: „Она не несла от духовного отца епитимий, чтобы загладить эти грехи, поэтому она наша, и вы или уходите, или искупите ее добрыми делами”». Святые Ангелы указали на многие добрые дела Феодоры и еще больше грехов покрыли добрыми делами ее духовного отца, преподобного Василия. Так Феодора едва избавилась от лютой беды…
После этой группы мытарств шло восемнадцатое мытарство — содомское, на котором истязают за неестественные грехи и кровосмешения. Миновав эти мытарства, Ангелы сказали Феодоре: «Знай, что редкая душа минует блудные мытарства свободно, весь мир погружен во зло соблазнов и скверн. Мало умерщвляющих блудные похоти. Большая часть дошедших сюда попадает в ад». Далее шло девятнадцатое мытарство, ереси, и последнее, двадцатое мытарство немилосердия. Очень тяжело бывает, если человек, миновав столько мытарств, оказывается отринутым оттого, что он затворил сердце для ближнего или немилосердно обошелся с ним.
Прохождение последнего мытарства совпало для блаженной Феодоры с сороковым днем ее кончины. Она была вновь приведена к Создателю. Его милостивый суд отверз ей врата рая.
Читая повесть о мытарствах и сознавая, как трудно пришлось блаженной Феодоре, невольно трепещу… Как же буду проходить я, многогрешный?
* * *
О молитве за почивших
Вопрос об усопших имеет две стороны: для усопших и для нас, живущих. Прежде рассмотрим положение усопших. Для почивших после ухода из земной жизни покаяния не существует. Для них, как было сказано, наступило время суда.
О, как дороги для них наши молитвы, поминовения, Бескровная Жертва. Какое огромное значение имеет для них милостыня, творимая бедным. Для почивших эти наши усилия — путь к их спасению. Будем же милосердны к нашим близким. Хотя бы в благодарность за добрые дела, сделанные ими для нас, помолимся за них, порадеем о них, чтобы обрести им Царство Небесное, вечный покой.
Со своей стороны наши дорогие усопшие будут молиться о нас, и можно надеяться, что мы от их молитв еще на земле получим реальную помощь. Кроме того, учтем, что, молясь за ближних, мы и для себя получаем благодать от Всемилостивого и Всеблагого Бога нашего.
Беда в том, что наши молитвы часто неискренны, рассеянны. У нас отсутствует полная глубокая вера. Мы подчас способны “оживлять” разговор о загробных муках плоскими шуточками, подтачивающими веру, как нашу, так и собеседников. Рождается представление об ужасных вечных муках как о чем-то маловероятном… Какими преступными слугами человекоубийцы мы становимся при этом! Как явно делаемся и проводниками коварных помыслов отца лжи!
Обратимся к святым отцам, тем самым, которые получали великие дарования от Бога, творили многие чудеса. Неужели мы позволим себе сомневаться в правдивости их утверждений?!
Надо полагать, что читателю известно имя великого святителя и столпа Православия Игнатия (Брянчанинова). Приводим его слова: «Чего не отвергало многострастное человечество, чтобы свободнее предаваться разврату? Оно употребило разум в слепое орудие своих греховных пожеланий, хотя и величает его „здравым». Для своей греховной свободы оно отвергло учение о Боге и Его заповедях, возвещенное на земле Самим Сыном Божиим, отвергло духовное наслаждение, доставляемое любовию Божиею…
Мудрено ли, что оно отвергло бразду и узду, останавливающую грешника на путях его, отвергло ад и вечные муки. Но они существуют. Грех всякой ограниченной твари пред бесконечно совершенным Творцом есть грех бесконечный. Такой грех требует и бесконечного наказания… Ад со своими вечными, лютыми муками удовлетворяет этому требованию и проповедуется Святой Церковью. Господь наш несколько раз в Святом Евангелии подтвердил эту грозную истину. Предвещая отвержение грешных, Он объявил, что скажет им на Страшном Суде: „идите от Мене, проклятии, во огнь вечный, уготованный диаволу и ангелам его» (Мф. 25,41). И в другом месте сказано: „…где червь их не умирает, и огонь не угасает» (Мк. 9,48).
Преисподние темницы представляют странное и страшное зрелище уничтожения жизни при сохранении жизни. Там одно страдание, там господствует лютейший сердечный недуг — отчаяние… Там тьма непроницаемая при обилии пламени. Там так ужасны адские муки, что ничтожна в сравнении с ними лютейшая из земных мук — насильственная смерть… „не убойтеся от убивающих тело… убойтеся от имущаго власть по убиении воврещи в дебрь огненную: ей, глаголю вам, того убойтеся» (Лк. 12,4—5).
Орудие, заповеданное Господом (воспоминание о смерти и вечных муках), употреблял преподобный Антоний Великий, особливо в начале своего подвига. Антоний противополагал диавольским мечтам живое представление пламени геенского, неусыпающего червя и прочих ужасов ада и тем погашал огнь сладострастия (Четьи-Минеи, 11 января). Только потому мы побеждаемся страстями, что забываем о казнях, следующих за ними» [4].
Укажем далее на «Преподобного аввы Дорофея поучение о страхе будущия муки». Брат вопросил старца: «Отчего я, живя в келли и моей, пребываю в небрежении?» Старец отвечал: «Потому что ты не познал ни будущего покоя, ни муки. Если бы ты знал их, как должно, то терпел бы, не ослабевая, и тогда, когда келлия твоя была бы полна червей, и ты стоял бы в них по шею» [5].
Читая эти высказывания святых отцов, читая в Святом Евангелии слова Самого Спасителя, я невольно поражаюсь своему легкомыслию и беспечности. Разве не слышал я глас Святой Церкви, будящий уснувшую мою совесть: «Страшен мрак душ, удаленных от Бога. Терзание совести, скрежет зубов, „неугасающий огнь и червь неумирающий»… Трепещу и себе таковыя участи. И яко о самом себе, молюсь о страждущих во аде: „Отче наш! Дай нам ревность Павла и Моисея, готовых лишиться рая ради спасения братии… Отче наш, Любовь неизреченная, помяни усопших раб Твоих»» (из акафиста «Моление о усопших». Кондак 6 и икос 2).
Подсознательно воспринимаю я идущие откуда-то успокаивающие слова: «Как ты, христианин, да еще христианский пастырь, можешь оказаться в обществе демонов?» Посмотрим, так ли это невозможно? Обратимся к рассказу святого Макария Великого (египетского подвижника): «Однажды преподобный Макарий, идя по пустыне, нашел сухой человеческий череп. Когда преподобный тронул его жезлом своим, череп издал звук. Старец спросил: „Кто ты?“ Череп ответил: „Я был начальником жрецов идольских, обитавших на этом месте, а ты — авва Макарий, исполненный Духа Святого, ибо когда ты молиться о находящихся во аде в муках, то они получают какую-то отраду“. Старец спросил: „Какая у вас мука или отрада?» Череп воплем ответил: „Велик огонь, среди которого мы находимся, опаляемы с ног до головы. Нет возможности нам видеть друг друга. Когда же ты молишься за нас, тогда мы немного видим друг друга и это бывает нам отрадою». Старец прослезился и спросил череп: „Есть ли еще какая высшая мука?» Череп отвечал: „Мы, не познавшие Бога, еще несколько ощущаем на себе Его милосердие. Те же, которые, познав Бога, отвергли Его и не соблюли Его заповедей, мучатся под нами в еще тягчайших муках»» [6].
Итак, и мы можем прийти в страшное место страданий вечных… Будем же молиться о тяжко страдающих. Святая Церковь воспевает: «Озарением Вышняго просвещен, преподобный Макарий — глас услышал из черепа языческаго: «Егда вы молитесь о страждущих во аде, тогда и язычникам бывает отрада».
О сила молитв христианских! Ими преисподняя озаряется с верными и неверные утешение приемлют, егда мы во всем мире поем: Аллилуиа» (из акафиста «Моление о усопших». Кондак 2).
Наказание моей беспечности вполне возможно. Разве не о подобных мне сказал Сам распятый за нас Господь наш: «Той же раб ведевый волю господина своего, и не уготовав, ни сотворив по воли его, биен будет много… Всякому же, ему же дано будет много, много взыщется от него: и ему же предаша множайше, множайше просят от него» (Лк. 12,47—48).
Русские люди говорят: «Господь долго терпит, но крепко бьет!» Для нас сказано: «Страшно впасть в руки Бога живаго» (Евр. 10, 31).
Разве мы этого не знаем?
Разве не осталось на лице земли вечных памятников, свидетелей правосудия Божия? Вспомним Мертвое море… Это было давно, скажут некоторые. А вот пример, более близкий нам по времени. Перенесемся мысленно на короткое время на берег моря Тивериадского. Близко, совсем рядом раскаленная солнцем Иудейская пустыня. На побережье же жара, сухость умеряются влажным дыханием огромного пресноводного моря. Сколько в нем плещется рыбы! Стаи белокрылых чаек быстро носятся над водою, оглашая воздух короткими резкими криками. Они то плещутся в воздухе, то камнем падают в хрустальные воды, преследуя косяки рыб. Важно, медлительно плавают по зеркальной глади огромные розовые пеликаны… Сочная зелень травы, украшенная цветами, покрывает, как ковром, прибрежные кустарники, в них порхают голосистые пташки. Еще дальше возвышаются кусты вечнозеленых тропических растений. Под ними развесистые смоковницы, маслины, гранатовые яблони, цитрусовые… Можно понять, почему древнее название этих мест «Улыбка природы».
Густо была населена эта область во времена земной жизни Господа нашего. Дивно ли, что Он избрал эти места, чтобы провозгласить людям Новый Завет, заповеди блаженств?
Здесь находился Капернаум, город, который Господь называл Своим городом. Но где же Капернаум сейчас? Город сей исчез, и в наши дни высказываются лишь гипотезы о том, где он находился. У меня в руках была цветная фотография одного из возможных мест, снятая в начале 1990-х годов. На фото видны мрачные развалины, заросшие сорняками и колючим кустарником. Я прочел незримую надпись: «Виждь имений рачителю, сих ради удавление употребиша» [7]. Приходят на ум слова Господа нашего о городах, где много было явлено сил Его: «горе тебе, Хоразине, горе тебе, Вифсаидо, яко аще в Тире и Силоне быша силы были бывшия в вас, древле убо во вретищи и пепле покаялися быша. Обаче глаголю вам: Тиру и Сидону отраднее будет в день судный, неже вам. И ты, Капернауме, иже до небес вознесыйся, до ада снидеши, зане аще в Содомех быша силы были бывшия в тебе, пребыли убо быша до днешняго дне. Обаче глаголю вам, яко земли Содомстей отраднее будет в день судный, неже тебе» (Мф. 11, 21—24).
О, добрые пастыри стада Христова! Да не будет с нами того, что случилось с Капернаумом. Да не будет забвенна десница пастыря, не забывшего Бога ради обольщений лукавого — призрачных миражей-соблазнов сего мира! Да не забудем мы памяти смертной!
Глубокомысленно говорит о памяти смертной святитель Игнатий (Брянчанинов), цитируя слова Иоанна Лествичника (6-е слово): «Как некоторые принимают бездну бесконечне, говоря, что это место не имеет дна, так и памятование о смерти доставляет чистоту и делание, не имеющие пределов» [8].
Мудрое наставление Богоматери, данное изнеженному юноше Досифею при созерцании им картины Страшного Суда, привело его в число лучших подвижников обители аввы Серида. 
Глубокие добрые чувства рождает внимательное рассмотрение картины В.М. Васнецова «Страшный Суд». Господь Иисус Христос совершает Суд. Кругом великое множество судимых. Всеобщий ужас и трепет охватывает вспоминающих свои грехи. Время покаяния исчерпано. У великого призывателя к покаянию Иоанна Предтечи бессильно опущены глава и руки. Грешницы близки к отчаянию… и лишь в слезах Матери Божией, капающих на руку Святого Сына Ее, совершающего Суд, видят они луч надежды.
О великое милосердие Царицы Небесной! Ты наша надежда! Разве могут оставаться безответными великие Материнские мольбы к Сыну Ее Единородному?! Недаром все мы, восстав от сна, ежедневно взываем: «Свят, Свят, Свят еси Боже, Богородицею помилуй нас!»
В Трапезном храме Троице-Сергиевой Лавры имеется большая и очень выразительная настенная живопись, изображающая Страшный Суд. Она покрывает всю стену, куда обращены взоры молящихся. Велико влияние этой росписи на прихожан. Она снимает рассеянность, дисциплинирует внимание, напоминает о реальной и близкой каре, об ответственности за беззаконие, о Великой Предвечной Истине. Человек, преуспевающий в житейских делах, одурманенный фимиамом лести и мирского почитания, как бы видит на этой картине незримую подпись: «Ни хитру, ни горазду Суда Божия не уйти»…
* * *
«Память о смерти — помощь молитве», — говорит епископ Игнатий (Брянчанинов). Все мы знаем, какое нелепое, но чрезвычайно устойчивое и распространенное заблуждение нас губит: нам кажется, что все могут умереть, но мы (я) будем жить вечно. Чтобы стряхнуть с себя эти нелепые чары, святитель Игнатий, обращаясь к опыту святых отцов, требует принудительно обучать себя воспоминать о смерти. После этого обучения Господь посылает живое представление ее, и оно приходит помогать подвижнику Христову при его молитве. Оно благовременно восхищает его на Страшный Суд. Благовременно на том суде человек умоляет Господа о прощении своих грехов и получает его. Поэтому-то святой Иоанн Лествичник назвал молитву истинно молящихся «судом, предваряющим общий будущий Суд» [9].
Святая Церковь воспевает, вспоминая усопших: «От смерти к жизни и от земли к Небеси восходят души усопших силою молитвы о них пред алтарями Господними. Отче наш! Приими наши милостыни и молитвы, яко воспоминание их добродетелей! Отче наш! Да будет Кровь Сына Твоего источником жизни для ныне поминаемых! Отче наш! Да будет умершим ходатайство Церкви лествицей в Небеса! Отче наш! Помилуй их за предстательство Пресвятыя Девы и всех святых! Отче наш! Любовь неизреченная, помяни усопших раб Твоих!» (из акафиста «Моление о усопших». Икос 7).
Святой Исихий Иерусалимский («Слово о трезвении», главы 17,18,153) помещает в числе образов трезвения непрестанную память о смерти. Он уподобляет смертную память вратарнику дверей души, возбраняющему вход в нее лукавым помыслам: «От такового памятования (о смерти) рождается в нас отложение памятования всех сует, хранение ума и непрестанная молитва».
Мудрый святитель Игнатий (Брянчанинов) предупреждает о возможных кознях лукавого, препятствующих усвоению мысли о смерти у начинающих учиться часто воспоминать ее. Каковы же эти козни? Постоянное развлечение мысли и мрачное забвение, непрестанно похищающее воспоминание о смертном часе; воспоминания нужных дел в час, который мы выделили для помыслов о вечности. Когда же, распознав козни властей воздушных, мы удерживаемся в спасительном подвиге, то видим в себе новую брань: сомнения в пользе подвига, насмешки, хулы, именующие подвиг сей странным, глупым и смешным, советующие не отделяться от людей поведением нашим. Когда же по милости Божией победится и эта брань, усиливается страх, производимый живым представлением смертного часа. Он приводит в ужас ум и воображение, сердце томится тоской…
Не должно оставаться пагубных последствий этого состояния. «Всякому, начинающему жить по Боге, — говорит Симеон Новый Богослов, — полезен страх муки и рождаемая от него болезнь. От этой болезни вскоре рождается всякая радость, с этими узами растерзываются узы всех согрешений и страстей, тот мучитель бывает причиной не смерти, но жизни вечной» [10].
* * *
Мы подходим к заключению. Чтобы найти дорогу ко спасению, следует идти по пути, указанному святыми отцами Православной Церкви, догматами Христовой веры. О, как бывает опасен отход от этих догматов! Как хитро маскирует враг «благовидные» поводы такого отхода. Употребляются доводы о желательности сближения с «родственными концепциями» в интересах якобы усиления христианства. Очень легко на этом скользком пути незаметно зайти в тупик — увлечься какой-либо разновидностью ереси.
Проиллюстрируем сказанное примером. Обратимся к трудам известного магистра богословия Г. М. Дьяченко.
«Однажды к преподобному Кириаку, спасавшемуся близ Иордана, пришел инок (державшийся взглядов Нестория). Преподобный Кириак убеждал и молил инока оставить свои заблуждения и обратиться, чтобы мыслить и веровать как святые отцы. Инок отвечал: „Все ереси говорят, что если с ними не будешь иметь общения — не спасешься. Что мы должны делать? Мой разум слаб. Помолись Богу, чтобы Он вразумил меня“. Преподобный оставил у себя инока и стал усердно молиться. Через малое время инок-несторианин слышит зов неизвестный: „Пойди и познай истину». Затем неизвестный проводил инока в темные и смрадные места и показал ему в огне Нестория, Ария, Евтихия, Диоскора и других еретиков, испускавших стенания и скрежет зубов. Неизвестный сказал иноку: „Если тебе нравится это место, оставайся при своем лжеучении. Если человек сотворит все добродетели, но не будет православно веровать, то придет в эти места мучения». После сего вестник Божественной воли стал невидимым и бывший несторианец присоединился к Православию» [11].
* * *
Мысли о смерти мы доселе сопровождали комментариями, от коих многие могли прийти в уныние. Но уместно ли впадать в уныние христианину? Грешен — покайся и покрой грех добрыми делами. Заслужи благодать Божию. Спасение близко, только потрудись ради него во славу Божию.
Вспомним и о том, что видели и слышали люди, удостоившиеся милости Божией. Вот рассказ Андрея Христа ради юродивого, который видел во Влахернском храме Покров Божией Матери.
«Что со мной было, не понимаю. По воле Божией я пребывал в сладком видении две недели. Видел я себя облеченным в пресветлую одежду и восхищался красотой Божиего рая. Я видел там много садов с высокими деревьями. Они колебались своими ветвями и чрезвычайно услаждали зрение. Великое благоухание разливалось от этих ветвей. Одни из деревьев непрерывно цвели, другие были украшены златовидными листьями. Иные были обременены различными плодами неизреченной красоты. Нельзя уподоблять деревьев райских ни одному дереву земному, ибо Божия рука насадила их… в этих садах было множество птиц. Одни из них имели крылья золотые, другие — подобно снегу, белые. Иные были испещрены различными цветами. Сидя на ветвях райских деревьев, они пели так прекрасно и усладительно, что от приятного пения их я доходил до самозабвения. Мне казалось, что пение птиц этих слышно на самой небесной высоте.
Осматривая райские сады, я увидел реку, орошавшую растительность.
Потом я увидел пламенно-образный Крест. Юноша, сопровождавший меня, приступив к Кресту, облобызал его и дал мне знак поступить так же. С трепетом и радостью облобызал я Крест. При этом я насытился неизреченной сладости духовной и обонял благоухание больше, чем в райских садах».
Поднимаясь выше, святой Андрей сподобился лицезреть Самого Господа, сидящего на превознесенном престоле. Серафимы стояли окрест Его. Он был облачен в багряную ризу. Лицо Его сияло аки солнце. Он взирал на меня милостиво. Увидев Господа, я в невыразимом волнении пал пред Ним ниц и поклонился пресветлому престолу славы Его.
Насладившись созерцанием духовных красот горнего мира, блаженный Андрей находился в тревожной думе о том, что среди необъятного сонма святых он не сподобился видеть Пречистой Богородицы. Чудный муж, сопровождавший блаженного Андрея, сказал: «Ты хотел видеть Пресвятую Богородицу. Царицы Небесной теперь здесь нет. Она отошла в многобедственный мир помогать страждущему человечеству и утешать скорбящих» [12].
В заключение опять обратимся к акафисту «Моление о усопших»: «Отче наш! Сподоби славы Твоея родителей и близких. Отче наш! Вознагради бодрствовавших над моей детской колыбелью. Отче наш! Спаси благовествовавших мне слово Твое. Отче наш! Прослави пред Ангелы научивших мя любити Тя! Отче наш! Дай отраду наставлявших мя примером жизни их! Отче наш! Сподоби нас радостного свидания на небесах! Отче наш! Сотвори, да вси едино будем с Тобою!»
Да поможет нам получить жизнь вечную в Царстве Небесном Господь наш Иисус Христос и Его Пресвятая Благодатная Всепетая Матерь! Аминь. 
Источник: Иеросхимонах Моисей (Боголюбов). О предконечных временах / Сост. Л.М. Миронов. М.: Русский биографический институт, Институт экономических стратегий, 2015. C.158-178 



Примечания

[1] Настольная книга священнослужителя. М., 1979, Т.4. С.493-494
[2] Настольная книга священнослужителя. М., 1979, Т.1. С.110-114
[3] Там же, С.130-140
[4] Святитель Игнатий (Брянчанинов). Слово о смерти. // Творения. СПб., 1863, Т.3, С.122-126 
[5] Там же.
[6] Там же.
[7] Тропарь Великого Четверга. – Примеч. ред.
[8] Преподобный Иоанн Лествичник, игумен Синайской горы. Лествица. Слово 6, глава 19
[9] Настольная книга священнослужителя. М., 1979, Т.1. С.117-118
[10] Настольная книга священнослужителя. М., 1979, Т.1. С.180-182
[11] Дьяченко Г., священник. Уроки и примеры христианской веры. М., 1989, С.457.
[12] Святитель Игнатий (Брянчанинов). Слово о смерти. М.: Паломник. 2006. С. 83-84

Источник: Свято-Троицкая Сергиева Лавра

 


Контекстная справка

[1]Трапезный храм (1686 – 1692)
Церковь преподобного Сергия с Трапезной палатой (Трапезная церковь), расположенная на южной стороне монастыря, была сооружена по повелению царей Иоанна и Петра Алексеевичей в 1686–1692 гг.... подробнее...

[2]Колокольня (1741 – 1768)
Колокольня Троице-Сергиевой Лавры, строившаяся с 1741 по 1768 г., замыкает собой северную сторону соборной площади. Высота колокольни составляет 88 м, что на 11 м больше звонницы Новодевичьего... подробнее...

[3]Сергиево-Посадские фотографии
Фотографии города Сергиев Посад и Сергиево-Посадского района. Фото-отчёты со значимых мероприятий, фоторепортажи с выставок, праздников, фестивалей. подробнее...

[4]Васнецов Виктор Михайлович
Родился в с. Лопьял Вятской губернии (ныне Кировская область). Брат А. М. Васнецова. Учился в Петербурге в Обществе поощрения художеств (1867) и в Академии художеств (1868–1874).Живописец, график,... подробнее...

[5]Троице-Сергиева Лавра
За столетия на территории Свято-Троицкой Сергиевой Лавры сложился уникальный ансамбль разновременных построек, включающий более пятидесяти зданий и сооружений.

В юго-западной части монастыря находится белокаменный Троицкий собор (1422-1423), поставленный на месте первого деревянного храма XIV века. Именно вокруг него происходило формирование монастырского ансамбля. К востоку от собора в 1476 году псковскими мастерами была возведена кирпичная церковь-звонница во имя Сошествия святого Духа на апостолов. подробнее...


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.