«Шучу, что Бог меня, должно быть, любит»

logo
17 Jan 2019/«Шучу, что Бог меня, должно быть, любит»

Учителю и литератору из Сергиева Посада Юрию Палагину — 85!

Накануне своего 85­-летия учитель и литератор Юрий Палагин рассуждает о городе, книгах и Боге так, как это умеет делать только он.

Со стороны выглядит, будто известный сергиевопосадский учитель Юрий Палагин свой день рождения отмечает дважды. 15 января по документам, и это ошибочная дата. По-­настоящему поздравления прозвучат 19­-го, и их будет много: от семьи, друзей, от многочисленных бывших учеников, которых судьба разнесла по всему свету.

Май 1983 года. Учитель русского языка и литературы из Загорска Юрий Палагин стоит у входа в редакцию «Известий» с фельетоном в руках. На печатной машинке он сделал три копии — одну себе, одну в «Литературную газету» и третью на всякий случай.

В «Литературке», где он побывал час назад, начинающего автора огорошили вопросом: вам что важнее — слава или гонорар? Если жаждете славы, то печатаем под вашей фамилией и без денег. Если всё же гонорар, то фельетон выйдет без вашего авторства. Неприятно как-то всё это, подумал Палагин и сказал им спасибо, мол, до свиданья.

Тут и пригодилась запасная, плохо пропечатавшаяся под копирку, третья копия. «Известия» её взяли, опубликовали с фамилией да ещё заплатили гонорар в два раза больше учительской зарплаты.

Сегодня Юрий Палагин вспоминает этот случай с улыбкой, а тогда — когда в школу нагрянули с проверкой две дамы из Москвы, а коллеги не то что не заступились, а вжали голову в плечи и просто сделали вид, что ничего не произошло, — тогда, в андроповские времена, было не до смеха.

А о чём фельетон? Да о том, что учителей завалили бумажной отчётностью и преподавать им теперь некогда. Страшно криминальная, конечно, тема.

Когда не спится

Юрий Николаевич — из тех эрудитов, которые, когда спросишь их, как идут дела, очень по-русски превратят ответ в волшебную вереницу образов.

Процитируют, например, поговорку из словаря Даля: «Спишь, спишь, а отдохнуть некогда», а потом расскажут, что и сон-то теперь не всегда приходит легко.

«Вчера долго не мог уснуть, — вспоминает он, — смотрел по телевизору передачу Владимира Соловьёва. Часа два не спалось, и я начал перебирать в памяти стихи про зиму». Выдержав паузу, под громкое тиканье настенных часов, он начинает знакомые строки: «Однажды, в студёную зимнюю пору, я из лесу вышел, был сильный мороз…» Так зачем вы Соловьёва, который сна лишает, смотрите, Юрий Николаевич? Так хочу, говорит, быть в курсе.

Он очень часто — и бессонной ночью, и ясным днём — повторяет в уме строки классиков. Пушкин, Тютчев, Некрасов… Из поэтов XX века выше других ставит Блока. «Мы, как послушные холопы, держали щит меж двух враждебных рас — Монголов и Европы!»

«Самое неплохое, что я сделал в школе, — не отвратил их от литературы», — говорит Юрий Николаевич. Он до сих пор видится со своими бывшими учениками, и те, как когда-то в классе у доски, просто так читают ему стихи из школьной программы, и не только их.

Примерно так: на заснеженном тротуаре Фермы стоят двое. Одному 85, другому, скажем, 62, и эти двое друг другу по памяти цитируют любимые строки. Если бы одним из них не оказался Палагин, то это выглядело бы всё это очень странно. А здесь, на Ферме, где с Юрием Николаевичем здоровается каждый через одного, потому что учился у него, — может быть в порядке вещей.

«О городе переживают те, кто родился не в нём…»

А возможно ли, пусть даже в теории, отвратить человека от литературы? Говорит, да, возможно, и такие примеры знает.

Палагину хочется, чтобы город сохранил интерес и уважение к печатному слову и происхождению этого слова. Куприн, вспоминает Палагин, не раз приезжая сюда, обидно называл Сергиев Посад «скучнейшей обывательской дырой». Полностью искоренить обывательское отношение местных жителей к своему же городу не удалось до сих пор, горько признаёт Палагин: «Я понимаю справедливость каждого его слова».

И поясняет, почему так. Лавра занималась своей жизнью, развивала скиты и подворья, несла слово Божье прихожанам. А светский город жил почти только для неё, фактически обслуживая монастырь — принимал и кормил постояльцев, делал игрушки с утра до ночи. И не имел, по сути, своего лица, своего «я». Увы, говорит Юрий Палагин, обывательщина осталась, и мало кому интересно выглянуть за пределы повседневности, узнать, какие великие люди ходили по этим улицами, какие строки пришли в их головы именно здесь.

И ещё одно наблюдение Палагина: люди, которым интересен Сергиев Посад с его мощными историческими и культурными пластами, — как правило, приезжие, не коренные, родившиеся не в этом городе.

И приводит два примера из разных сфер, но оба к месту. Вот есть Виктор Багров, художник, который помимо того, что увековечил исчезающий Загорск на картинах, ещё открыл частный музей «Жили-были» и за свой счёт сохранил и отреставрировал мозаичные скульптуры с кинотеатра «Мир». Он — переславский.

И был Василий Гончаров — белгородский, не утративший даже на посту градоначальника южное «г» — который при всей сложности своего характера спас увядающую библиотеку профкома ЗОМЗа, придав ей муниципальный статус и имя Александра Горловского. Теперь это мощный центр, где изучают и популяризируют именно местное литературное наследие.

Палагину хотелось бы, чтобы таких примеров обращения с прошлым было больше, но диалог культуры и власти и раньше шёл не особенно гладко. Он вспоминает, как на рубеже 50-60-х семья Пришвина предлагала Загорску купить дом на Вифанской, где писатель прожил 11 лет, вместе со всеми вещами, которые могли бы стать экспонатами музея. Но город на это не пошёл, экспонаты уехали в Орёл, в литературный музей, а мы тогда потеряли возможность иметь сегодня ещё одну точку притяжения литературоцентричных, если так можно сказать, туристов.

Но не всё происходящее в Сергиевом Посаде критикует 85-летний Палагин. Ему нравится, что ремонтируются дома и дороги и что библиотеки выглядят и работают прекрасно. И конечно, рад памятнику Пришвину на Скитских прудах, за который, по собственным словам, пятнадцать лет бился и, наконец, добился, как вспоминает, исхитрившись и пробравшись с краеведом Лидией Гирлиной на приём к областному министру культуры.

Иконы и доски

Юрий Палагин написал семь книг — о родных краях и о писателях, с ними связанных, — и говорит, что пора бы остановиться.

Но не верится, что такой деятельный человек поставит точку, тем более что есть у него ещё одна мечта, которая исполнилась не полностью, — он собрал информацию о 16 авторах, которые жили в Посаде и окрестностях. Памятные доски им (не считая старой, ещё советской, Пришвину) установлены лишь в двух местах, да и то простыми людьми.

Первая — на доме поэта Анатолия Чикова, на Валовой улице. Вторая посвящена менее известному писателю и поэту Семёну Фомину в его родном Сущёве, на границе с Владимирской областью (филолог Палагин склоняет названия населённых пунктов, заканчивающихся на -во или -но так же, как это всегда было принято в русском языке — и с чем, добавим от себя, порой не хотят мириться наши читатели).

У него с единомышленниками хранятся 10 новых памятных досок, в том числе и доска на дом Пришвина взамен старой, которая совсем истёрта временем. Их изготовили ещё с помощью тогдашнего депутата Мособлдумы Александра Двойных. Что же нужно, чтобы установить их? Да по сути ничего, отвечает Палагин, всё, что мог, я уже сделал.

А вот откуда, например, на стене домашнего кабинета Палагина взялся образ Богородицы? Многие его знакомые, которые знают, что уж чем-чем, а набожностью Юрий Николаевич не отличается, удивятся.

Сам он говорит в шутку, что Бог его, должно быть, любит — он никогда ни о чём Всевышнего не просил и мольбами не досаждал, хотя и понимал, откуда у других потребность в этом. «Просто мне это не нужно. При том что я с молодости заходил в храмы, любил смотреть иконы, любил слушать церковное пение, но вот креститься так и не научился».

А икону он нашёл буквально на полу разрушенной церкви в селе Усолье (ныне Купанское) в Переславском районе. В этом селе Пришвин провёл два первых года войны, и Юрий Палагин, прошедший по следам любимого писателя, конечно, не мог там не побывать.

Учитель и автор

Впрочем, нет. Пришвин не относится к числу любимых писателей нашего собеседника. Даже совсем нет — ему не близок слог и манера. «Как писателя я воспринимаю его трудно. Он очень сложный в лексике, в строении предложений». Второе — он, с точки зрения Юрия Палагина, больше хроникёр, чем писатель.

Впрочем, это же и послужило причиной увлечения Пришвиным как личностью, как летописцем. Его дневники, вышедшие после Перестройки, заставили Юрия Палагина изменить к нему своё отношение. Критические, на грани крамолы, строки совсем непохожи на прежнее творчество «певца природы».

Сам же Палагин не пишет прозу в привычном понимании — с героями, интригой и развязкой. А вот стихи пишет. Небольшие зарисовки-эпиграммы, а ещё рифмованные пособия о том, где, как и когда ставить знаки препинания, чем немало в школьные годы забавлял учеников.

Но пора вернуться к фельетону в «Известиях», о котором шла речь в самом начале.

Вскоре после выхода нашумевшего материала в образовании произошли неожиданные перемены. Объём бумажной отчётности в школах сократили. Институт усовершенствования учителей, также упоминаемый в том тексте, из какого-то едва ли не подвала перевели в отдельное здание. И совсем уж, казалось бы, невероятное — но, тем не менее, случившееся — по телевизору показали Андропова, который заявил, что советской школе нужна реформа. Но это, как говорится, совсем другая история.

17 Jan 2019/«Шучу, что Бог меня, должно быть, любит»

У памятника писателю М. Пришвину, февраль 2018 года

Владимир Крючев
Фото Сергея Семенькова

Источник: Газета Вперёд

Все самые интересные и красивые места Сергиева Посада в нашем Инстаграм.

 


Контекстная справка

[1]«Загорский Оптико-Механический Завод», ОАО («ЗОМЗ»)
Адрес: Сергиев Посад, Красной Армии пр., 212-в Сайт: zomz.ru Телефон: +7 (496) 546-93-98 Часы работы: Пн-Пт c 8.00 до 17.00, обед с 12.30 до 13.30 Сб - выходной Вс - выходной Эл. почта: info@zomz.ru     Разработка и... подробнее...

[2]Храмы и церкви
Помимо Троице-Сергиевой Лавры в Сергиевом Посаде и районе огромное количество храмов, часовен и церквей. Здесь вы сможете увидеть фотографии, узнать историю, особенности архитектуры, интересные исторические факты о храмах и церквях города и Сергиево-Посадского района. подробнее...

[3]Валовая улица
Свое название Валовая улица получила в первой четверти XIX века от земляного вала, который проходил по границе Сергиевского Посада как раз параллельно ей и отделял Посад от крестьянских земель Клементьевской волости. подробнее...

[4]Гончаров Василий Дмитриевич
Биография Родился 15 января 1951 г. в селе Архангельское Белгородской области. ОБРАЗОВАНИЕ: Окончил среднюю школу в городе Старый Оскол. Военную службу прошел в зенитно-ракетных войсках... подробнее...

[5] — Родился в 1984 году в городе Загорск. Живет на Клементьевском поселке. В возрасте 5 лет пошел в школу №14. В 16 лет стал победителем открытого первенства России среди юниоров и занял первое место в рейтинге Российского теннисного тура. подробнее...

[6] — Сергиев Посад и его район - регион с богатейшей историей. История Сергиева Посада насчитывает почти семь веков богатой событиями жизни. Троице-Сергиев монастырь был основа 1337 году преподобным Сергием Радонежским. В XIV — начале XV вв. вокруг монастыря возникли несколько поселений (Кукуево, Панино, Клементьево и др.), объединенные в 1782 году по Указу Екатерины II в город, названный Сергиевским Посадом. С 1930 по 1991 год Сергиев Посад носил название Загорск, в память погибшего секретаря Московского комитета партии В.М. Загорского, затем городу было возвращено историческое название. подробнее...


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.