Светлана сегодня уже и не припомнит, с чего всё началось. Может быть, с детской игры в «дочки-матери» или любимого фильма «Хозяйка детского дома» с Натальей Гундаревой в главной роли? А может быть, с детей из соседской многодетной семьи, за которыми приглядывала, играя во дворе своего дома? Или с малышей-отказничков, за которыми ухаживала, помогая персоналу больницы?
Она всегда хотела иметь детей. И хотя намеренно к этому не стремилась, желание Светланы исполнилось. Нами управляет Бог, говорит она. И вот какая удивительная вещь: информацию об очередном ребёнке, который войдёт в её семью, Светлана получала или поздней осенью, в канун Рождественского поста, или весной, перед Великим постом.
Отчий дом
Я без труда нашла дом Лаврухиных в Деулине. «Вон, видите, обшитый светлым сайдингом, под красной крышей? — показала мне попутчица из окна автобуса. — Этот дом у нас в деревне все знают. Здесь живёт необычная семья, да и хозяйка, можно сказать, уже старожил наших мест».
Светлана Лаврухина в своё время закончила хореографический факультет ГИТИСа. По профессии — преподаватель хореографии, актриса балета. Дом этот купили её родители, переехав в Деулино из Королёва. Со временем — так получилось — к ним перебралась и Светлана. У неё уже была родная дочь Настя и приёмная — Оксана. Теперь они уже взрослые. Настя закончила Московский институт телевидения и радиовещания «Останкино», Оксана — Московский государственный колледж эстрадно-джазового искусства.
Сегодня в семье у Светланы Лаврухиной и её мужа Дмитрия Демьянова 12 приёмных детей. В этом году они отмечают маленький домашний юбилей: ровно десять лет назад, в 2004-м, в доме появился первый приёмный ребёнок. Причём, хозяйка дома уже никогда не повторяла своей ошибки, быстро усвоив урок. Первая дочь долгое время не знала, что она — приёмный ребёнок. А когда тайна открылась, разыгралась настоящая трагедия. Больше Светлана никогда не скрывала от детей правды.
Однажды они увидели телесюжет о детдоме, который до слёз тронул сердца дочерей. Они упросили Светлану съездить повидаться с девочкой, которую показали по телевидению.
У героини сюжета к тому времени уже отыскались родственники, но эта поездка не была напрасной, и случайная встреча, произошедшая в детдоме, не прошла бесследно. Света встретилась глазами с 12-летней девочкой Настей и прочла в них столь глубокое желание жить в семье, с родителями, среди братьев и сестёр, что пройти мимо этого ребёнка не смогла. Сейчас Насте 22 года. Она закончила высшую школу народных искусств.
Подрастали три дочери, а Светлана мечтала о сыновьях. Так, в марте 2005 года, в семье появились 11-месячный Игорёшка (увидев его в больнице, Светлана сразу сказала: «Наш») и 10-летний «домашний» мальчик с непростой судьбой Илюша. Теперь он уже крепко стоит на ногах: служит в армии, имеет семью, сына.
«…становилось страшно, и я забирала его вовнутрь себя»
В начале 2000-х годов в России входило в обиход такое понятие, как приёмная или патронатная семья. По заключённому договору родители брали на себя обязательство воспитывать от одного до восьми детей. Ещё более востребованной стала эта категория населения в последние годы, после нескольких скандальных и трагических историй детей-сирот, усыновлённых родителями из Америки. Последовало принятие более жёстких условий усыновления российских детей-сирот родителями-иностранцами, что сыграло свою роль. Всё больше и больше россиян принимают в свои семьи обездоленных детей. Их готовят к этой миссии в школах приёмных семей, оказывается государственная поддержка.
Гибель родителей или лишение их родительских прав, предательство в других приёмных семьях или родственников, подорванное здоровье (физическое и психологическое), губительная для таких ребятишек излишняя жалость чужих и в общем-то равнодушных к их участи людей — всё это выпало и на долю приёмных детей Светланы. «Информацию о своих детях я получала через Сергиево-Посадский отдел опеки и попечительства, — рассказывает Светлана. — У нас потрясающий отдел опеки — об этом я говорю с полной уверенностью, потому что есть, с чем сравнивать. Здесь всегда стараются устроить отказничка в приёмную семью, чтобы он не попал в детский дом или Дом малютки. Когда я знакомилась с ребёнком, навещала его и узнавала его судьбу, я всегда ловила себя на одной мысли: а если бы это случилось с моей Настей? Становилось просто страшно, и я забирала его вовнутрь себя. Было всё очень непросто. Дети со сложными характерами, некоторые — со слабым здоровьем. На адаптацию каждого уходило примерно полтора года, когда спишь и ешь с ним рядом, когда ночами успокаиваешь его, плачущего, и вытираешь слёзы… Это как декретный отпуск отходить. В основном акцентировала внимание на психологических моментах, старалась, чтобы ребёнку было тепло в моём доме, чтобы после школы он с удовольствием бежал домой».
Алина, Лиза, Коля и другие
После Игорька в ноябре 2005 года в дом вошла Алина (ей было тогда два с половиной года). Непросто адаптировалась в этой семье Елизавета, уже хлебнувшая к тому времени лиха. Тогда Лизе было 13, сейчас ей 21 год. Лиза училась в Москве при 1-й Градской больнице, окончила Свято-Дмитриевское училище сестёр милосердия. Работает операционной сестрой, поступает в медицинский институт. Лиза заняла призовое место в конкурсе «Лучшая медсестра года» среди выпускников медицинских колледжей, который проводился в Москве, и получила президентскую премию в номинации «Талантливая молодёжь».
В 2006 году в доме появились новые дети — ровесники Коля и Карина. Оформление детей в патронатную семью тоже было сопряжено со сложной жизненной ситуацией. И вот, спустя 8 лет, Светлана и Дмитрий взяли сразу троих детей. 4-летнюю Алёну, уже третью в семье 14-летнюю Настю и всеобщую любимицу семьи 9-месячную малышку, которая родилась в один день со Светланой. Это ли не дар Божий?
Без господдержки было бы трудно
В первые годы Лаврухиным жилось трудно. В семье было семеро детей, пособие на одного ребёнка составляло около трёх тысяч рублей. Причём, выдачу пособий часто задерживали — жили за счёт своего подсобного хозяйства. С 2008 года пособие на ребёнка уже составляет около десяти тысяч (в зависимости от возраста). Приёмные родители получают от государства вознаграждение — что-то вроде зарплаты. Один раз в год предусмотрена выплата средств на приобретение мебели. Ежегодно дети проходят медицинскую комиссию, на которой медики определяют группу его здоровья. Размер этого пособия ниже, если ребёнок здоров, и соответственно выше, если обнаружено какое-либо заболевание. Как рассказывает Светлана, эти средства тратятся на платный массаж, посещение бассейна, покупку дорогостоящих лекарств, на платные медицинские обследования. Это пособие учреждено с 2013 года.
Тёплый «пчелиный улей»
— Я заметила ваш строгий тон в разговоре с детьми. Вы чётко, иногда по слогам, произносите просьбу, как команду. Это метода воспитания такая?
— Да нет, конечно. Ведь как говорят? До 7 лет ребёнка нужно любить, до 14 — воспитывать, до 21 года — дружить, а потом — отпустить. Вот Алина, ей — 14, мы просто дружим. А мальчишки младше, подростки. Даю им строгие указания, как командир. Это они хорошо воспринимают, хотя и не с первого раза, нужно несколько раз повторить. А как они стараются! Вот Игорёк скосил газон — и ко мне: видишь, какой я у тебя?
— И всё же поделитесь секретом воспитания.
— Только любовь и ласка. Вот Колька у меня охламон, но это мой любимый охламон. Иной раз голова пухнет от их гомона, но стараюсь в течение дня с каждым посидеть в обнимку, поцеловать, выслушать. Всем нужны ласка и внимание.
— Вы детей за плохие отметки ругаете?
— Нет, это меня в школе ругают. Они учатся по мере своих сил и очень стараются, потому что ощущают любовь. За что же их ругать? Всех своих детей я принимаю такими, какие они есть.
— Сегодня Светлана Лаврухина — это…
— Сложный вопрос. Во всяком случае, многодетной матерью, а тем более бабушкой (у меня двое внуков) я как-то себя не ощущаю. Я просто мама. Этот груз на меня не давит.
— Любить — значит отдавать. Вы жалеете о том, что отдаёте много себя?
— На самом деле непонятно, кто кому помогает, больше отдаёт. На каком-то этапе я помогаю им больше, а выходит, что я получаю от них гораздо больше, чем отдаю. Ведь дети мне дают столько тепла и заботы — в десять раз больше. Добро от них так и прёт. Утром просыпаюсь, и этот тёплый «пчелиный улей» радует. Девчонки мои выросли, пошли работать, дарят подарки. Это очень приятно.
— Дети называют вас мамой?
— Младшие — да. Старшие дети звали тётей Светой, но однажды летом съездили на отдых в Сочи, вернулись, соскучились и спросили: «Можно мы будем называть тебя мамой?»
— Вы наверняка устаёте. Что придаёт силы?
— Да, устаю. Когда я сама осталась без мамы, только тогда ощутила, что такое сиротство, и поняла до конца их боль. А ведь я уже была взрослым человеком. Ребёнок не должен быть без матери.
Мы попрощались. Пройдя немного, я оглянулась. Стройная фигура Светланы с коляской, в которой посапывала её младшая дочь, быстро удалялась по улице. Она спешила к Деулинскому храму Спаса Нерукотворного, где свою маму Свету ждут Карина, Коля и Арина.
В этот день они впервые пошли на службу самостоятельно, как взрослые.
Источник: Газета Ярмарка
Автору спасибо.
Интересная статья, спасибо.