Что оставил по себе старец Серафим

В настоящее время, когда с особым усердием вспоминает­ся все, относящееся к великому старцу Серафиму Саров­скому, уместно подвести итог оставшимся вещественным о нем воспоминаниям.

Живыми воспоминаниями о старце, кроме Сарова, остались процветающие женские обители — Серафимо-Дивеевская и Серафимо-Понетаевская. Находясь вблизи друг от друга, Саров, Дивеево и Понетаевка лежат в двух разных губерниях: Саров — в Тамбовской, Дивеево и Понетаевка — в Нижегородской. Посещение всех этих трех мест весьма удобно объединить, если со станции Шатки (та самая линия, идущая от Нижнего, на которой лежит и Арзамас) проехать на Понетаевку, оттуда — на Дивеев, а затем на Саров.

На фото Что оставил по себе старец Серафим изображение 

Свято-Троицкий Серафимо-Дивеевский женский монастырь

Серафимо-Понетаевская обитель, известная меньше Дивеевской, устроена после разных несогласий в Дивееве сестрами, отколовшимися от Дивеева, в усадьбе деви­цы помещицы Копьевой. Замечательно, что когда ба­рышня Копьева в юности с родными своими была у о. Серафима, старец, провидя, что она впоследствии отдаст свою усадьбу для его монастыря, низко кланяясь, благо­дарил барышню, что, конечно, тогда очень всех удивило. В Понетаевке пребывает прославившийся недавно чуде­сами образ Знамения Богоматери.

На фото Что оставил по себе старец Серафим изображение 

Серафимо-Понетаевский женский монастырь

Понетаевке щедро благотворил один замечательный русский человек, купец Петров. Он умер весной 1902 го­да, завещав Серафимо-Понетаевскому монастырю свыше 10 тысяч десятин земли, весьма дорогой в той местности.

Теперь о портретах старца.

На Успенском острове, среди реки Волхвы, где по­мещается ряд благотворительных учреждений, устроен­ных петербургским протоиереем Алексием Колоколовым, находится одно замечательное изображение старца Серафима. Раз к о. Алексию обратился со своим горем один отец из весьма культурного класса общества. Его сын совершенно лишился веры. Поговорив с молодым человеком, о. Алексий попросил его, так как тот занимал­ся живописью, сделать для него копию с большого порт­рета о. Серафима, где старец, согбеный, изображен иду­щим, опираясь на сучковатую палку; на нем клобук мяг­кий — такой формы, как носили в старой Руси, черная полумантия и крашенинная темно-коричневая ряска, на ногах — онучи и лапти. Старец изображен во весь рост и поражает своей жизненностью. Так и кажется, что он сейчас выйдет из рамы. Что случилось с молодым чело­веком во время исполнения этой работы — неизвестно. Но, закончив ее, он стал горячо верующим человеком.

Возникал вопрос о том, кормил ли старец Серафим медведя. Не только кормил, но и больше того. Когда приходившие к старцу пугались, заставая у него медве­дей, он словом отгонял их в чащу леса. Раз старец заста­вил одну монахиню из своих рук покормить медведя. Изображение старца с медведем написано впервые в со­роковых годах живописцем Ефимом Васильевым, горя­чим почитателем о. Серафима, лично его знавшим. Уже 50 лет назад изображения о. Серафима, кормящего мед­ведя, были очень распространены.

На фото Что оставил по себе старец Серафим изображение

Весьма также распространены гравюры, в прежнее время достигавшие высокой художественной законченнос­ти, изображающие старца молящимся в лесу на камне, иду­щим в ближнюю пустыньку с котомкой на спине или без котомки и скончавшегося в коленопреклоненной молитве перед иконой Богоматери «Умиление». Реже приходится видеть (есть новейшая хромолитография) изображение старца работающим на огороде или встречающим посетите­лей у ближней пустыньки. Наконец, нам не приходилось встречать отдельными изданиями картину, находящуюся в виде иллюстрации в некоторых книгах об о. Серафиме, осо­бенно же заметную в часовне, где находится могила старца, и изображающая посещение старца Серафима Богомате­рью в последний год его жизни, 25 марта 1831 г., в день Благовещения. Равным образом, никогда, кажется, не бы­вали изданы отдельно рисунки — видение иеродиакону Серафиму Христа при совершении литургии и чудесное ис­целение послушника Прохора явлением Богоматери.

Недавно пришлось встретить очень интересную гра­вюру: старец в задумчивости с поднятой для благослове­ния рукой стоит над своим целебным источником.

В самом распространенном изображении отца Сера­фима — молении его на камне — делаются очень часто две погрешности. Обыкновенно изображается, что ста­рец молится на камне столь небольших размеров, что бе­лый балахон коленопреклоненного старца почти покры­вает камень. Это неверно. То, на чем молился отец Сера­фим, представляло собой большой, высокий камень, лучше сказать — скалу. Известно, что в течение десят­ков лет богомольцы отбивали куски от этого камня. Между тем и теперь сохраняемый в Дивееве камень этот чуть разве поменьше того, каким изображают его на кар­тинах моления отца Серафима. Другая погрешность сле­дующая. Под открытым небом старец промолился 1000 ночей, а 1000 дней в это время молился стоя на другом камне, у себя в келье. И второй камень существует и сей­час. Значит, неправильно изображать над старцем, моля­щимся в лесу на камне, голубое дневное небо и заливать всю картину дневным светом. Надо еще заметить, что отец Серафим во время моления на камнях не был седым, как иногда его рисуют, а имел светло-каштановые густые волосы. Волосы у отца Серафима два раза от болезни сходили с головы, как шапка. Раз, когда он был болен еще послушником. Другой раз, когда он был избит и изу­вечен тремя крестьянами с. Кременок, крепостными Та­тищева, пришедшими к нему в дальнюю пустыньку, за де­ньгами, которых у него не было. Именно после этого про­исшествия о. Серафим, бывший раньше стройным и прямым, стал согбенным. Еще за несколько лет до этого его придавило дерево, когда он рубил лес, но этот случай не так сильно согнул старца. Волосы о. Серафима хранят­ся и в Сарове, и в Дивееве, и у некоторых мирян: они но­сят их как святыню обыкновенно в медальонах на воске.

Напоминанием пустынничества старца являются обе его кельи из дальней и ближней пустынек, обе они в Ди­вееве. Из первой сделан алтарь Преображенской церкви,

Возникал вопрос о том, кормил ли старец Серафим медведя. Не только кормил, но и больше того. Когда приходившие к старцу пугались, заставая у него медве­дей, он словом отгонял их в чащу леса. Раз старец заста­вил одну монахиню из своих рук покормить медведя. Изображение старца с медведем написано впервые в со­роковых годах живописцем Ефимом Васильевым, горя­чим почитателем о. Серафима, лично его знавшим. Уже 50 лет назад изображения о. Серафима, кормящего мед­ведя, были очень распространены.

Весьма также распространены гравюры, в прежнее время достигавшие высокой художественной законченнос­ти, изображающие старца молящимся в лесу на камне, иду­щим в ближнюю пустыньку с котомкой на спине или без котомки и скончавшегося в коленопреклоненной молитве перед иконой Богоматери «Умиление». Реже приходится видеть (есть новейшая хромолитография) изображение старца работающим на огороде или встречающим посетите­лей у ближней пустыньки. Наконец, нам не приходилось встречать отдельными изданиями картину, находящуюся в виде иллюстрации в некоторых книгах об о. Серафиме, осо­бенно же заметную в часовне, где находится могила старца, и изображающая посещение старца Серафима Богомате­рью в последний год его жизни, 25 марта 1831 г., в день Благовещения. Равным образом, никогда, кажется, не бы­вали изданы отдельно рисунки — видение иеродиакону Серафиму Христа при совершении литургии и чудесное ис­целение послушника Прохора явлением Богоматери.

Недавно пришлось встретить очень интересную гра­вюру: старец в задумчивости с поднятой для благослове­ния рукой стоит над своим целебным источником.

В самом распространенном изображении отца Сера­фима — молении его на камне — делаются очень часто две погрешности. Обыкновенно изображается, что ста­рец молится на камне столь небольших размеров, что бе­лый балахон коленопреклоненного старца почти покры­вает камень. Это неверно. То, на чем молился отец Сера­фим, представляло собой большой, высокий камень, лучше сказать — скалу. Известно, что в течение десят­ков лет богомольцы отбивали куски от этого камня. Между тем и теперь сохраняемый в Дивееве камень этот чуть разве поменьше того, каким изображают его на кар­тинах моления отца Серафима. Другая погрешность сле­дующая. Под открытым небом старец промолился 1000 ночей, а 1000 дней в это время молился стоя на другом камне, у себя в келье. И второй камень существует и сей­час. Значит, неправильно изображать над старцем, моля­щимся в лесу на камне, голубое дневное небо и заливать всю картину дневным светом. Надо еще заметить, что отец Серафим во время моления на камнях не был седым, как иногда его рисуют, а имел светло-каштановые густые волосы. Волосы у отца Серафима два раза от болезни сходили с головы, как шапка. Раз, когда он был болен еще послушником. Другой раз, когда он был избит и изу­вечен тремя крестьянами с. Кременок, крепостными Та­тищева, пришедшими к нему в дальнюю пустыньку, за де­ньгами, которых у него не было. Именно после этого про­исшествия о. Серафим, бывший раньше стройным и прямым, стал согбенным. Еще за несколько лет до этого его придавило дерево, когда он рубил лес, но этот случай не так сильно согнул старца. Волосы о. Серафима хранят­ся и в Сарове, и в Дивееве, и у некоторых мирян: они но­сят их как святыню обыкновенно в медальонах на воске.

Напоминанием пустынничества старца являются обе его кельи из дальней и ближней пустынек, обе они в Ди­вееве. Из первой сделан алтарь Преображенской церкви, и в алтаре этом хранятся одежды старца и его книги. В другой читается непрерывно Псалтирь. В Дивееве же на­ходится келейная икона о. Серафима, в молитве перед ко­торой он скончался — Богоматери «Умиление»; в Диве­еве же хранится и медный крест, которым мать благо­словила сына, когда он решил уйти из мира, и который он всегда носил открыто на груди, с ним на груди и скончал­ся. Самая же, быть может, великая память о старце — это Серафимов источник в ближней пустыньке. Являясь в видениях больным, старец постоянно указывает на этот источник. От воды его бывали случаи прозрения слепых.

В заключение обращаю внимание библиографов на следующее. В Петербурге мне довелось слышать, что в тридцатых годах был издан роман (читанный будто бы Пушкиным и ему понравившийся), в котором о. Серафим является действующим лицом. К сожалению, слышав это из вторых рук, я не мог узнать ни заглавия романа, ни имени автора, ни того, выведен ли в этом романе о. Сера­фим в виде одного из главных лиц или в виде лица эпизо­дического. Интересно было бы обстоятельно расследо­вать этот слух.

Источник: Е. Поселянин. Преподобный Серафим Саровский и русские подвижники 19 века. «Аксиос». Москва 2003

Источник: Свято-Троицкая Сергиева Лавра





Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *