Феофан Грек

logo
Феофан Грек

Начиная с X века на Руси время от времени работали греческие живописцы, но лишь в XIV веке появился такой мастер, имя которого приобрело широкую популярность при его жизни и на века вошло в историю русской и мировой культуры. Этот древний художник – Феофан Грек, писавший фрески, иконы, книжные миниатюры, исполнивший ряд росписей церквей Констан-тинополя, Галаты, Халкедона, Кафы (Феодосии), Великого и Нижнего Новгорода, Серпухова, Москвы, и, возможно, – Коломны и Переславля-Залесского [1]. До нас дошло очень мало произведений этого прославленного мастера, украсившего до своего приезда на Русь около сорока церквей. Бесспорными являются только росписи церкви Спаса Преображения на Ильине улице в Новгороде и деисусный чин Московского Благовещенского собора. Из приписываемых Феофану произведений наиболее известны такие шедевры как «Донская икона Божией Матери» с «Успение Божией Матери» на обратной стороне и «Преображение Господне» из Переславля-Залесского.

Древнерусские летописи чрезвычайно скупы в отношении мастеров церковной живописи. Они сообщают год построения какой-либо церкви, время ее росписи, освящения, но почти никогда ничего не говорят о мастерах, выполнявших ту или иную работу. Однако Феофан Грек неоднократно упоминается в летописях. Впервые имя его появляется в Новгородской летописи: видимо, именно новгородцы пригласили уже известного в Греции художника для росписи вновь построенной на Торговой стороне церкви. Третья новгородская летопись под 6886 (1378 г.) пишет: «Того же лета подписана церковь Господа нашего Иисуса Христа, на Ильине улице, повелением благородного и боголюбивого боярина Василья Даниловича, со уличаны Ильины улицы, а подписывал мастер Греченин Феофан, при великом князе Димитрии Ивановиче и при Архиепископе Алексии Великого Новгорода и Пскова» [2]. Летописец говорит здесь о фресках церкви Спаса Преображения на Ильине улице, частично сохранившихся до нашего времени. Их расчистка началась в 1910, но закончилась только в 1944 году. Теперь эта церковь является одним из наиболее денных исторических памятников Новгорода, главным источником для изучения творческой манеры великого мастера. Следующие летописные строчки повествуют уже о том, что Феофан Грек перебрался в Москву. Так, Троицкая летопись, сгоревшая при пожаре Москвы в 1812 году, но скопированная в свое время Н.М.Карамзиным и восстановленная уже в наши дни М.Приселковым, трижды упоминает о работах Феофана Грека в Москве. Под 1395 (6903) годом пишется: «… начата бысть подписывати новая церковь каменная на Москве Рождество св. Богородицы, а мастеры бяху Феофан иконник, Гречин филосов да Семен Черный и ученици их» [3]. О том же пишут вторая Софийская и Воскресенская летописи (6903-1395 г.). Через несколько лет, под 1399 годом, те же летописи говорят о новой работе приезжего мастера – росписи церкви св. Михаила в Москве: «Подписывали церковь каменну на Москве св. Михаила, а мастер бяше Феофан иконник Гречин со учениками своими» [4]. Еще через шесть лет летописцы сообщают о росписи Благовещенского собора Московского Кремля: «Toe же весны почаша подписывати церковь каменную св. Благовещения на князя великого дворе не ту, иже ныне стоит, а мастеры бяху Феофан иконник Гречин, да Прохор старец с Городца, да чернец Андрей Рублев, да того же лета и кончаши ю…» [5].

Но, пожалуй, главный источник для изучения творчества Феофана Грека – это письмо писателя и монаха, современника гениального византийца, составителя житий Епифания Премудрого, написанное им Кириллу Тверскому, игумену Тверского Спасо-Афанасиева монастыря [6]. Это послание, составленное около 1415 года, то есть примерно через десять лет после смерти Феофана, содержит важные и интересные подробности биографии приезжего грека и, кроме того, дает точную и живую характеристику мастера, сделанную человеком, лично знавшим замечательного художника и сумевшим подметить необычные, индивидуальные черты его характера.

Из письма явствует, что когда татарский хан Едигей напал на Москву в 1408-1409 году, разорил и сжег Троицкую обитель, Епифаний ушел в Тверь и там жил у игумена Кирилла в монастыре. С собой он захватил ряд книг, видимо, особенно ценимых в то время, и в одной из них Кирилл увидел рисунок Константинопольского храма св. Софии. Наверное, запало игумену в душу это изображение, и когда Русь немного оправилась от очередного татарского разорения, когда стали восстанавливаться обители и строиться новые церкви, Кирилл послал Епифанию письмо, прося рассказать об этом изображении св. Софии, ставшем образцом для многих живописцев Руси.

В ответ Епифаний напоминал Тверскому игумену, что тот видел рисунок знаменитого Константинопольского храма в Евангелии, причем оригинал был сделан Феофаном Греком самолично по просьбе Епифания, который хотел, глядя на работу византийца, представлять себе, что находится в Цареграде… Великий мастер Епифаний пишет далее о том, что сказал и что сделал в ответ на его просьбу художник. «Он же, мудрец, мудро ответил мне: «Невозможно, – молвил он, – ни тебе того получить, ни мне написать, но, впрочем, по твоему настоянию, я частично напишу тебе, и то, это не часть, а сотая доля, от множества малость, но благодаря этому малому написанному нами изображению и остальное ты представишь и уразумеешь». Сказав это, он смело взял кисть и быстро написал изображение храма, наподобие подлинной церкви в Цареграде, и дал его мне. От того листа была великая польза и прочим московским иконописцам, так как многие перерисовали его себе, соревнуясь друг перед другом и перенимая друг у друга…»

В книге, которую видел Кирилл Тверской у Епифания шесть лет назад, рисунок Феофана Грека был повторен уже в воспроизведении самого Епифания четыре раза, перед началом каждого на четырех Евангелий: Матфея, Марка, Луки, Иоанна.

Письмо Епифания Премудрого, оставшегося в нашей истории и литературе прежде всего благодаря составленному им житию Сергия Радонежского, еще раз подтверждает известные из летописей сведения о том, где работал Феофан Грек. «Когда я жил в Москве, там проживал и преславный мудрец, философ зело хитрый, Феофан, родом грек, книги изограф нарочитый и среди иконописцев отменный живописец, который собственною рукой расписал много различных церквей каменных – более сорока, какие имеются по городам: в Константинополе, и в Халкидоне, и в Галате, и в Каффе, и в Великом Новгороде, и в Нижнем. Но в Москве им расписаны три церкви: Благовещенская святой Богородицы, св. Михаила и еще одна. В церкви св. Михаила он изобразил на стене город, подробно вырисовав его красками; у князя Владимира Андреевича он изобразил на каменной стене также саму Москву, терем у великого князя расписан им невиданною раньше и необычайной росписью, а в каменной церкви св. Благовещения он написал «Корень Иессеев» и «Апокалипсис».

Обладая недюжинным умом, наблюдательностью хорошего писателя и живым слогом, Епифаний сообщает подробности чисто биографического свойства и тут же дает тонкую, четкую, с удивительно точно подмеченными деталями характеристику живописца, вызвавшего в свое время его восхищение. «Когда он все это изображал или писал, никто не видел, чтобы он когда-либо взирал на образцы, как это делают некоторые наши иконописцы, которые в недоумении постоянно в них всматриваются, глядя туда и сюда и не столько пишут красками, сколько смотрят на образцы. Он же, казалось, руками пишет роспись, а сам беспрестанно ходит, беседует с приходящими и умом обдумывает высокое и мудрое, чувственными же очами разумными разумную видит доброту. Сей дивный и знаменитый муж питал любовь к моему ничтожеству; и я, ничтожный и неразумный, возымел большую смелость и часто ходил на беседу к нему, ибо любил с ним беседовать. Сколько бы с ним кто ни беседовал, не мог не подивиться его разуму, его иносказаниям, «притчам» и его хитростному строению…»

К сожалению, ни летописи, ни Епифаний Премудрый не упоминают о дате смерти Феофана, которая так и осталась неизвестной. Видимо, он скончался в весьма преклонном возрасте где-то между 1405 и 1415 годами, и мы, вероятно, никогда не узнаем, где он похоронен. Замечательный византийский художник нашел в России свою вторую родину, принеся с собой высокую культуру западного художника, высочайшее мастерство живописца, свои взгляды на церковное искусство, недаром Епифаний называет его «преславным мудрецом, философом зело хитрым».

Величайший живописец своего времени, Феофан Грек и сейчас поражает своим мастерством. Его своеобразный живописный почерк, резко выделяющийся среди работ других изографов, его суровые, страстные мощные образы производят незабываемое впечатление и надолго остаются в памяти как творения великого иконописца. «В нем поражали сложность духовной культуры, независимость от цеховой рутины, неисчерпаемая фантазия, зоркость глаза на самые тонкие душевные движения, наконец, огромный живописный темперамент…», – так отозвался о творчестве замечательного мастера искусствовед В.Н.Лазарев [7].

Источник: Т.С. Еремина. Мир русских икон и монастырей. История, предания. Москва. Международная академическая издательская компания «Наука». 1998 


Примечания

 

[1] Лазарев В.Н. Феофан Грек и его школа. М., 1961, с. 12.

[2] ПСРЛ, т. 3, СПб., 1841, с. 231.

[3] Приселков М. Троицкая летопись. Реконструкция текста. М.-Л., 1950, с. 445.

[4] Там же, с. 450.

[5] Там же, с. 459.

[6] Лазарев. Феофан Грек…, с. 9-10, с. 113-114; Вздорнов Г.И. Феофан Грек. Творческое наследие. М., 1983, с. 39-40.

[7] Лазарев. Феофан Грек…, с. 106.

Источник: Свято-Троицкая Сергиева Лавра

 


Контекстная справка

[1]Храмы и церкви
Помимо Троице-Сергиевой Лавры в Сергиевом Посаде и районе огромное количество храмов, часовен и церквей. Здесь вы сможете увидеть фотографии, узнать историю, особенности архитектуры, интересные исторические факты о храмах и церквях города и Сергиево-Посадского района. подробнее...

[2]Сергий Радонежский
Биография Рождение и детство Начало монашеской жизни Образование Троице-Сергиевого монастыря Общественное служение Сергия Радонежского Старость и кончина... подробнее...

[3]Работа в городе и районе
Актуальные вакансии города и Сергиево-Посадского муниципального района. подробнее...


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.