Троицкие листки № 245. Душа — наше сокровище

logo
Троицкие листки № 245. Душа — наше сокровище

У людей как будто весь ум в глазах: что видят, тем и дорожат, а чего не видят, того ни во что не ставят. Они видят мир, и дорожат им; не видят души — и не умеют ее ценить по достоинству. Верно сказал Царь Давид: лживи сынове человечестии в мерилех! (Пс. 61; 10).

Мир и душа — это две такие вещи, о которых не умеют, как долж­но, судить живые, а только умершие. Итак вы, умершие владыки земли, богатые сего мира, утешавшие себя мирскою славою, кра­сотою, сокровищами — что взяли вы с собою в могилу?:— Конеч­но, ничего; вы умерли, с вами умер для вас и мир. А что вы при этом потеряли? Конечно все: и небо, и рай, и вечную жизнь, и Бога Самого! Какая же после того польза человеку, аще приобрящет мир весь и отщетит душу свою? Конечно — никакой, а потеря вели­кая. О, если бы живые хотя бы от умерших научились, что такое мир, и что такое душа! А ведь душа у нас только одна; ведь если мы ее потеряем, то все потеряем; ведь она бессмертна, и если мы ее потеряем однажды, то потеряем навсегда!..

Все видимые твари Бог сотворил единым словом Своим: рече, и быша (Пс. 148; 5). Но при сотворении человека Он прежде как бы совещается с Самим Собою и говорит: сотворим человека (Быт. 1; 25). При сотворении всех прочих тварей, Он только изрекал Свое творческое слово: да будет, а при сотворении человека Он гово­рил и действовал: персть взем от земли, и вдуну в лице его дыхание жизни (Быт. 2; 7). Ни об одном из созданий Божиих не сказано, что они созданы по образу и по подобию Божию: этой чести удос­тоился только человек. А как Бог по естеству Своему есть чистей­ший Дух, то и образ Божий не в телесной природе человека, а в его душе, — и вот в чем ее высокое достоинство, ее благородство. Бог троичен в лицах: Отец, Сын и Дух Святый. Душа троична в свойствах: ум, слово и воля самовластная. Итак, душа есть вели­кое дело совета Божия, образ Божий, живое изображение Пресвя­той Троицы… О, красота души несказанная! В чем, думаете вы, братие, в чем состоит блаженство райское? Ни в чем другом, как в лицезрении Божием. Лице Божие столь прекрасно, что видением Его никогда не насыщаются святые Ангелы: как жаждущие устрем­ляются к источнику, так Ангелы всегда желают приникнуть к со­зерцанию Лица Божия. И если бы это Лице только на одну ми­нуту явилось в аде — ад стал бы раем, и если б оно на одну минуту сокрылось в раю, рай стал бы адом. А душа человеческая ведь носит на себе образ Божий! Что даст человек измену (выкуп) за душу свою?(Мф. 16; 26). На что он может променять сокровище, по­добного коему нет ни на небе, ни на земле? Я дорожу тою картиной, на коей вижу изображение лица царского: как же мне не дорожить своею душой, на которой Сам Бог начертал Свой образ? И когда я оскверняю душу грехом, — я делаю то же, как если бы бросил в грязь образ Божий… О, душа! Как мало я дорожу тобою! О Боже, как Ты терпишь такое поругание образа Твоего? И какое-то со­кровище мы продаем за минутное греховное удовольствие, про­мениваем на какую-нибудь пустую выгоду, продаем за ничтож­ный цветок временных почестей! И пусть бы так, если б мы имели несколько душ: потерял одну — осталась бы другая, а то ведь она у нас одна — только одна! И для нее-то сотворен сей мир, для нее движется небо, сияет солнце, плодоносит земля, служат животные; для нее создан рай, уготовано Царство Небесное, блаженство веч­ное, все то, чего око не видело, ухо не слышало, чего на сердце человеку никогда не приходило… И все это мы потеряем, если потеряем свою душу!.. —Для испытания великого терпения Иова Бог позволил диаволу коснуться всего его достояния, его детей, его здоровья, но с условием: токмо буду его соблюди (Иов. 2; 7). И обнищал в один час богатый праведник: его стада расхищены, со­жжены молнией, его высокие палаты разрушены бурею, все его дети в один час были погребены под развалинами, и вот он — ни­щий, лишенный крова, осиротелый, лежит за городом на гноище, весь покрытый ужасными язвами с головы до ног, днем печет его солнце южное, ночью он трясется от стужи и сырости… Он поте­рял все, но души не потерял, и слышите, что говорит? Потерял ли я богатства мои? что до того? Наг ызыдох от чрева матери моея, наг и отыду! Лишился ли я детей моих?— Бог их мне дал, Бог и взял: Господь даде, Господь отъят!.. Потерял ли я свое здоровье? Стало быть, так было угодно Богу: якоже Господеви изволися, тако и бысть! Я потерял все; но ведь все это Бог у меня взял; Он может и снова отдать. А если и навсегда я все это потерял — и за то слав­лю, благодарю, благословляю имя Его святое, что во всем попус­тил Он мне искушену быть, но сохранил душу мою: буди имя Гос­подне благословенно во веки! (Иов. 1; 21). Таков закон промышления у человеколюбца Господа, что когда Он попускает диаволу искусить нас, повредить нам в чем-либо из вещей, которыми мы так дорожим на сем свете, то Он повелевает ему: душу его соблю­ди, не смей коснуться сей дщери Моей, наследницы Царства Небесного! И поручает Он душу покровительству Ангела храни­теля, чтобы он соблюдал ее от страха нощнаго …от вещи во тме преходящия, от сряща (несчастного случая), и беса полуденнаго (Пс. 90; 5-6). А почему все это так? Да потому, что других вещей у нас много, а душа одна; потому что если мы потеряем что-нибудь из вещей сегодня, то найдем завтра, как их нашел вдвое и втрое праведный Иов; а если мы потеряем душу, то никогда ее не най­дем, и с нею все потеряем. Никакая потеря не повредит нам, если мы сохраним душу, и никакие приобретения не принесут нам пользы, если мы потеряем душу. Ради души мы и на всем свете живем, ради нее уповаем и на блаженство будущее. — Но стран­ное дело! Если мы имеем единственное дитя, горячо нами люби­мое, — сколько забот у нас о том, как бы оно не загорело на солн­це, как бы не простудилось на сквозном ветру, как бы кто не оби­дел его, и однако же это дитя не может спасти нас самих. Или — если мы владеем каким-либо дорогим камнем самоцветным, мы так бережем его, что, если бы можно было, мы спрятали бы его в своем собственном сердце; и однако же этим камнем мы не можем купить себе рай. Как же мы ни во что ставим душу свою, от спасе­ния которой зависит все наше счастие здесь на земле и вечное бла­женство в будущей жизни!.. Нет, пусть, если нужно, гибнут и день­ги, и пожитки, и все, что я имею на свете, — но что касается моей души, которая у меня только одна, —то пусть не прогневаются на меня ни отечество мое, ни родители, ни братья, ни дети, ни на­чальники мои, ни приятели, — душу мою я никому не доверю! И если будет нужда, я не прочь умереть, — ибо все равно сегодня или завтра умереть надо же, — но чтобы потерять душу, погубить ее, безсмертную — нет! Я никогда и никак на то не соглашусь. Моя душа безсмертна — в этом ее великое достоинство. Весь этот сует­ный и тленный свет, со всем, что в нем нам нравится, чем мы доро­жим, имеет конец. Приходит бо образ мира сего (1 Кор. 7; 31). Ско­ро или не скоро — всему будет конец. Всяка плоть — сено, и всяка слава человеча яко цвет травный: исше трава — и цвет ее отпаде. (Ис. 40; 6, 7). Одна душа бессмертна; она одна всегда живет, ни­когда не умирает. Какая же польза человеку, какая ему выгода, аще приобрящет мир весь и отщетит душу свою? О, если б эта святая истина всегда пребывала в нашем уме и в нашем сердце! Если бы мы всегда помнили, что, погубив душу, мы погубим ее навсегда — навсегда! Заключит ее Судия праведный в ад и не отопрет сей тем­ницы — никогда — никогда!

О, душа моя, душа моя! Пусть лучше сокроется хоть сейчас же весь грешный мир со всеми его красотами, со всеми прелестя­ми, от очей моих, — лишь бы ты осталась у меня цела! И что такое этот мир, эта жизнь земная? Ночное привидение — не боль­ше. А ты ведь прекраснейшее Божие создание, потому что ты — образ Божий. Ты — бессмертна, и если я потеряю тебя, то поте­ряю навсегда. Но зачем мне терять тебя? Ведь ты — моя, ты мне принадлежишь, а кто не ценит своей души в тысячу раз дороже всего этого суетного и тленного мира, тот или не имеет ее, или не достоин ее иметь!..

Из «Поучительных Слов » святителя Илии Минятия



Источник: Свято-Троицкая Сергиева Лавра

 


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.